live
Футбол

«Это’О встал и говорит: «Я пару-тройку раз выигрывал Лигу чемпионов, но по такой системе никогда не работал. Я буду готовиться сам»

«Это’О встал и говорит: «Я пару-тройку раз выигрывал Лигу чемпионов, но по такой системе никогда не работал. Я буду готовиться сам»
Андрей Гордеев / Фото: © РФС
Философское интервью старшего тренера сборной России в возрастной категории U19 Андрея Гордеева.

В течение ближайшей недели определится состав финального турнира чемпионата Европы для 19-летних. Сборная России играет в Краснодаре, где за нее будут болеть как за родную: местных воспитанников в команде Гордеева хватает.

Из интервью, помимо этой темы, вы узнаете:

  • зачем Азербайджану ехать в Армению;
  • трудно ли работать с миллениалами;
  • как Это’О уволил Красножана;
  • нужен ли Дагестану большой футбол;
  • в чем сила Хиддинка.

«Чихать им на политику, они в футбол играть хотят»

— Чемпионат Европы — выпускной бал…

— Совершенно верно, последний возраст по юношам. И последний турнир в календаре. После Европы сборная переходит в статус молодежной.

— Грустно?

— Погрустить мы успеем при расставании, а сейчас работаем. Проживаем самые, наверное, важные в жизни команды дни. Два года целенаправленно готовились к этому турниру.

 — Сразу провокационный вопрос. Год назад вы дважды обыграли Азербайджан в товарищеских матчах, причем в Баку, — 4:0 и 1:0…

— Второй матч был очень тяжелый, Азербайджан не забил пенальти, мы на зубах вытащили победу. Очень непростая команда, я еще тогда сказал, что она, скорее всего, выйдет в элитный раунд. Так и случилось, теперь встретимся в Краснодаре.

Фото: © РФС

— Сейчас скажете, что легких соперников нет, все научились играть в футбол.

— Конечно. Но я оценил иронию. Сложно, не находясь внутри процесса, понять, что дела на юношеском уровне обстоят не совсем так, а точнее, совсем не так, как раньше. Я недавно принял еще и 2004 год, это первый юношеский возраст, U15 — и еще отчетливее вижу: схватывают ребята хорошо, но в плане оснащения, технического, тактического и физического, работы невпроворот.

На заседаниях техкома футбольные люди прошлых поколений, наши уважаемые ветераны, вспоминают: «Мы раньше как по юношам с каким-нибудь Израилем играли? 7:0 дома, 3:0 на выезде — и все дела». Так и было, это правда. Но давно.

— Так вот, провокационный вопрос. Зачем азербайджанцам ехать в Армению, где пройдет финальная часть чемпионата Европы? Ни им это не надо, ни Армении, ни УЕФА. Никому. Значит, три стартовых очка у России в кармане, разве нет?

— Домыслы, домыслы… Я тоже, конечно, сам себе задаю вопросы с политической окраской, куда от них денешься в наше сложное время? Но реальное значение имеет совсем другое: сборная Азербайджана, наш первый соперник по элитному раунду, — очень интересная команда. Ребята все умные, техничные, боевые, чихать им на политику, они в футбол играть хотят. И правильно делают. Так что никаких подарочных очков. Тем более что времени на подготовку у нас было в обрез, три дня всего.

https://twitter.com/RusTeam_U21/status/1105479556734038021

Примечание «Матч ТВ»: Сагитов получил травму, вместо него в сборную вызван Илья Гоманюк.

— Больше времени у тренера сборной и не будет никогда. Меньше — запросто.

— Я недавно прикинул: первый и последний раз мы с этой командой хорошо поработали, когда я ее принял, то есть два года назад. С тех пор все мимолетно, краткосрочно, бегом. Но это нормально — специфика. Тут особое удовольствие, ни с чем не сравнимый профессиональный интерес: на коротком отрезке донести до команды суть. Не распыляясь, дать конкретику: что предстоит, над чем работаем, каких ждем результатов.

Но и отклик, понятно, чувствуешь быстрее, отчетливее. Поэтому с ребятами всегда не хочется расставаться. Только начинаешь понимать — ага, стало получаться, мысль дошла, она схвачена, пусть сыровато пока, не совсем готово, но волшебство работает, — а уже, оказывается, разъезжаемся.

«С игровой практикой большой напряг, прошу коллег, чтобы шли навстречу»

— Одна из самых серьезных проблем в этом возрасте — дефицит игровой практики.

— К сожалению. До 17-18 лет она не так ощутима, все достаточно много играют по своим возрастам. А 19 — да, тот самый переходный период между юношеским футболом и взрослым, здесь у нас хронические трудности. Встречались в мае 2018-го в товарищеском матче со сборной Германии, уступили в Волгограде 1:3. У немцев уже тогда четыре человека имели постоянную практику в бундеслиге, сейчас, не сомневаюсь, статистика еще веселее. У нас иначе: кто-то на подходе к основе в РПЛ и ФНЛ, парни выходят минут на 15-20, иногда им выпадает старт, чему мы очень и очень рады.

С практикой действительно большой напряг, это меня сильно заботит. Прошу клубных тренеров, чтобы шли навстречу.

— Это нормально?

— Не для себя же прошу. Для Родины.

— А клубный тренер в ответ: Львович, ты извини, все понимаю, но это твои проблемы, а у меня своих за гланды.

Андрей Гордеев / Фото: © РФС

— И будет прав. Но есть такая особая форма общения между нормальными людьми — диалог называется. Самая продуктивная из всех возможных. Она подразумевает, что собеседники не просто слушают друг друга, но и хорошо слышат. В таком режиме тренер тренера всегда поймет. Игровой тонус ничем не заменить, не компенсировать, тем более в коротком подготовительном цикле. Поэтому к таким просьбам коллеги относятся с пониманием.

— Вот как эту грань соблюсти, особенно накануне такого важного турнира? С одной стороны, нужна игровая практика, с другой — молись, чтобы обошлось без травм.

— Так и есть. Сидишь на трибуне и регулярно холодеешь. Но играть ребятам надо обязательно.

— Главного тренера «Динамо» Дмитрия Хохлова спросили давеча про качества молодого форварда Грулева, он в ответ: «Какой же он молодой? Ему 20 скоро». Глава ООТФ Михаил Гершкович любит по-доброму подкалывать футболистов: «Меня в 22 года уже из сборной выгнали, а тебя еще не приглашали». Асенсио в свои 23 — лидер мадридского «Реала», а наши ребята, четыре года назад игравшие против него в финале чемпионата Европы U19, все еще подают надежды…

— Не соглашусь. Как раз недавно разговаривали на эту тему с Дмитрием Хомухой, набрали неплохую статистику. Митрюшкин, Баринов, Головин, Гулиев, Шейдаев, Чернов, Мелкадзе, Жемалетдинов — большинство футболистов из той сборной при хорошем деле. То есть динамика в целом правильная: точно были оценены качества не только по формуле «здесь и сейчас», а именно на перспективу, для игры в большой футбол. Очень важно формировать юношеские команды с дальним прицелом. На это по большому счету и направлена работа института сборных.

https://twitter.com/RusTeam_U21/status/1077805850138501120

— Но за результат с тренеров юношеских команд спрашивают жестко.

— Правильно. Спортивный фактор не отменяется. Нужно быть на коне во всех отношениях.

— Тогда еще один пример. В 2006 году сборная Игоря Колыванова стала чемпионом Европы для 17-летних. «Эти парни заражены футболом! — говорил Колыванов, у меня аудиозапись интервью до сих пор хранится. — У них прекрасное будущее». Не сомневаюсь, что главный тренер был искренен, но поди вспомни хоть одного чемпиона-2006, кто оставил след в футболе.

— Тем приятнее отмечать положительную динамику на примере сборной Хомухи.

— А про своих игроков что скажете?

— Многие уже сейчас на хорошем счету, их фамилии вы знаете не хуже меня. Я их озвучивать не буду в педагогических целях. Пусть работают спокойненько, растут, прибавляют. Пусть у них все получается. А мы поможем.

«Когда футболист берет на сборы учебники, это мертвый груз»

— Вы сейчас имеете дело с так называемым «поколением миллениалов». Наука уверяет, что одно из фундаментальных его свойств — инфантилизм. Что скажете?

— С чисто футбольной точки зрения сказать, пожалуй, и нечего: ребята замечательные. На бытовом уровне, на уровне принятия решений — да, скорее всего, так и есть. У них ментальное пространство в этом смысле несколько ограничено: о всяких мелочах париться не надо, все уже для тебя придумано и сделано. Слушайте, у меня самого два пацана дома, я знаю, как это сегодня выглядит: когда тебя разбудить, сынок, что ты хочешь сегодня покушать, садись в машину, отвезу на тренировку, во сколько тебя забрать?

На этом фоне возникает проблема свободного времени, которое нужно правильно заполнить. Ключевое слово — правильно. Реальная тяжелая задача! Поэтому когда я, наученный жизнью, вижу, что молодой футболист берет на сборы учебники, понимаю: скорее всего, к сожалению, мертвый груз.

— Неужели есть еще такие персонажи, кто с собой не только гаджеты, но и учебники возит?

— Посыл есть у многих. Проку нет. Не знаю, может, и найдется в нынешних подрастающих поколениях Сергей Богданович Семак, но пока не встречался. На одном турнире реально ирландцы удивили, вот классный пример: привезли с собой двух преподавателей, парни там по ходу дела еще и экзамены сдавали, тесты какие-то. Но это уже вопрос организации, мы взяли на заметку.

Фото: © РФС

А с нами родители так не возились: бутерброд в сумку, прыг в трамвай, в метро, в электричку — и вперед. Мы по факту были более самостоятельными, это примета времени. Но главное, что стержень по-любому сохраняется: что такое хорошо и что такое плохо, мы понимаем примерно одинаково. Может быть, мне повезло, но я работаю с ребятами, которые искренне любят то, чем они в этой жизни занимаются.

— Или все-таки за деньги? Опять же — примета времени, ничего личного.

— Они иначе, чем мы, оценивают какие-то вещи, это правда. Они материалисты во многом. Но не вижу здесь признаков кризиса поколения, честное слово: футбольная карьера скоротечна, темп жизнь постоянно растет, к новым реалиям нужно по возможности быстро адаптироваться, иначе так и будешь витать в облаках.

Другое дело, что молодым несложно попутать ориентиры. Любому человеку тяжело, серьезно говорю, я проходил через это испытание: насыпались деньги, которых ты раньше не видел, — как ими распорядиться? У кого-то правильное понимание есть, а кому-то сносит крышу. В обыденной, не только спортивной, жизни так же: тысячи примеров, когда человек куш сорвал, а потом глядь — его судьба сложилась трагически, не сдал экзамен.

Фото: © РФС

— Вам приходится такие истории наблюдать и корректировать?

— Конечно. Но не в сборной. У нас возраст такой, что парни с серьезными соблазнами, по сути, еще не сталкивались.

— А вообще эта тема поднимается по линии «тренер-игрок»: сколько ты в клубе получаешь, а не много ли, а не мало ли?

— Никогда. Для работы мне это не нужно, я вижу и слышу вполне достаточно.

— Неужели размер клубного контракта молодого игрока — лишняя информация?

— Абсолютно. Не играет никакой роли, никогда от нее не отталкивался. Единственный и неповторимый критерий изобретен в незапамятные времена, он называется «соответствие требованиям».

«Это’О неплохо играл в футбол и был профессионалом во всех отношениях»

— Разница в специфике работы клубного тренера и тренера сборной — общее место. А когда имеешь дело с молодежью, включается, наверное, коэффициент «2».

— Так и есть. Они же мальчишки еще, они только формируются. Очень быстро меняются, порой на глазах. На Кипре играем, последний матч отборочного раунда, самый ответственный, с Черногорией. Делаю по ходу встречи коррективы — и ага, вижу вдруг, что ребята их как-то нервно восприняли. Слишком эмоционально. Здесь сразу стоп, включаем педагогику. «Вы понимаете, — говорю, — что когда-нибудь в будущем такая реакция может вам реально навредить? Я через это прошел, знаю, что значит правильно реагировать на критику: с достоинством, безусловно, но без истерик».

— Пробелы клубного образования?

— Не думаю. Возрастное скорее. И надо при этом понимать: мы все-таки имеем дело с дисциплинированными, управляемыми молодыми людьми. Они с малых лет в рамках системы, под определенным давлением. Знают правила, прекрасно понимают, что такое наказание и поощрение. Они замечательные, отзывчивые, с правильными представлениями об игре и о жизни. И они без памяти любят футбол, поэтому у тренера всегда есть рычаги воздействия. Но очень важно быть конкретным. «Веди себя хорошо, будь храбрым, играй лучше» — это ни о чем, вода. А вот когда доносишь конкретику, у них всегда ушки на макушке. Это очень крутое ощущение.

— Чтобы его испытать, пришлось два года учиться у юношей 2000 года рождения?

— Нет, мои профессиональные принципы не поменялись. Ровно так же я работал и с состоявшимися игроками. Их тоже нужно увлекать, направлять, объединять идеей.

— Даже такого монстра, как Самюэль Это’О?

— Конечно. Иначе у тебя не будет команды. С Самюэлем было несколько поучительных историй по теме. Однажды после игры объявляю: команда идет в тренажерный зал. Все напряглись, Сэм говорит: «Тренер, зачем?» Объясняю: «Поле было тяжелое, надо восстановиться через комплекс корректирующих упражнений. Они точно помогут сохранить наши драгоценные организмы в полном порядке». — «О’кей, все понятно, пошли».

Недопонимание на этом простом, казалось бы, уровне — зачем, для чего именно? — часто порождается серьезные проблемы.

— Раз уж мы вспомнили Это’О, спрошу вот о чем. Он появился в России, когда наш футбол, можно сказать, купался в деньгах. А едва наметились проблемы — звезды и след простыл. Это форма, внешнее выражение истории Это’О. Содержание знают немногие. Отсюда вопрос: нужны такие люди российскому футболу?

— Безусловно. Вот именно такие, как Самюэль.

— Зачем? Накосить денег, пожить в трехэтажной квартире с золотым унитазом, ничего не выиграть и уехать домой?

— Мы ведь говорим о футболе, а не о контракте Это’О, я правильно понимаю? Давайте эти вещи разделять. В тех немногих матчах, когда я исполнял обязанности главного тренера «Анжи», мне было с ним очень легко. Кроме того, что Сэм неплохо, скажем так, играл в футбол, он был профессионалом во всех отношениях. Все, кто находился рядом, вольно или невольно у него учились. Проблемы мотивации не существует в принципе. Отдача в игре и на тренировке — высочайшая, после — спокойствие и релакс. Да, знаю, многим казалось, что Это’О и Роберто Карлос на вечном расслабоне, но это не так. Они всегда готовы были собраться и сделать свою работу на максимуме. А насколько это получится у тебя?

Или такой простой поворот. Сидим в аэропорту после неудачного матча, настроение у всех гадостное, кошки на душе скребут. Вокруг люди — узнают, радуются, подходят, как водится, за автографом, за фоточкой. Почти все в отказе, но Самюэль с Роберто — никогда! В любой ситуации готовы на отклик, не помню обратных примеров, вообще ни одного.

О чем речь? Футбол — для людей, вот о чем. Это у них в крови.

«Красножан оказался не в том месте не в то время»

— Тогда почему из «Анжи» так быстро ушел Юрий Красножан? Не потому ли, что Это’О не захотел на тренировке бежать в горку и объявил ему войну?

— Да, было такое. Встал и говорит: «Тренер, я пару-тройку раз выигрывал Лигу чемпионов, а также чемпионаты Испании, Италии, Олимпийские игры, добился некоторых других успехов, но по такой системе я никогда не работал. Я буду готовиться сам».

— Разрушительное заявление. Особенно с учетом масштабов личности игрока, размера его контракта и особого отношения к нему Сулеймана Керимова.

— А также того, что Красножан — высочайший профессионал, с которым было очень интересно. Но дело в том, что его конфликт с Это’О — следствие, а не причина. Там была особая ситуация. Извините, не буду вдаваться в подробности.

Юрий Красножан / Фото: © РИА Новости / Рамиль Ситдиков

— Это’О вел дело к полному разрыву?

— Не он. Самюэль выступил тараном. Юрий Анатольевич, так получилось, оказался не в том месте не в то время. Ему было очень сложно. Мне тоже в некотором смысле. Я увидел, как разыгрывают в многоходовке судьбу талантливого, реально сильного тренера, и долго потом переживал. Но у нас ведь такая профессия — с одной стороны, творческая, с другой — без всяких сантиментов. Добреньких в футболе нет. Сейчас в отделе кадров РФС смотрят мою трудовую книжку и удивляются: и где вы, Андрей Львович, только ни побывали! И в Мордовию съездили, и в Сибирь, и на Украину, и на Дальний Восток, и на Кавказ…

— Действительно многочисленные короткие командировки. Это тоже связано с тем, что добреньких в футболе нет?

— Скорее с поиском себя.

— А может, клубная работа — не ваше?

— Просто везде свои сюжеты. Многие, как я сейчас понимаю, связаны с максимализмом, который вполне тянет на юношеский. С неприятием некоторых процессов, которые происходят в командах и особенно вокруг них. С нежеланием мириться с определенными вещами. Ни с одним из клубов я не расстался по желанию руководства. Это всегда были мои решения. Когда возникали принципиальные моменты, с которыми я не хотел мириться, приходил и говорил: извините, я пас. В работе не должно быть колхоза.

Андрей Гордеев / Фото: © СКА Хабаровск

— Мы сейчас о темных сторонах футбола говорим?

— Не обязательно. В Хабаровске, например, команду оштрафовали без моего согласия за ничью в Калининграде. Мы шли на повышение, в РПЛ, а «Балтика» всеми силами пыталась удержаться, играла чуть ли не по чемпионскому графику. Я был категорически против штрафа, разумеется: «Попробуйте добраться из Хабаровска в Калининград с четырехчасовой пересадкой в Москве и просто прогуляться по городу — тогда сможем предметно побеседовать. Вы приняли решение, не посоветовавшись с главным тренером, в одностороннем порядке, — это прямой подрыв авторитета, дискредитация, как можно не понимать?»

В итоге ребята все-таки получили законную премию, но меня в команде уже не было.

«Анжи» был в центре Вселенной, клуб творил историю»

— Еще немного про «Анжи». В прошлом году вы приняли участие в акции под хэштегом #АнжиЖиви. С какими эмоциями?

— Профессиональный футбол в Дагестане должен быть! Он должен быть обязательно, потому что футбол — не просто игра, это социум, сообщество людей, объединенных многими интересами. Очень важно, чтобы в таком спортивном регионе был свой футбольный клуб. Уверен, что в Дагестане все правильно сделают.

— Скажите честно: когда в Махачкале был сплошной фейерверк, вы понимали, что все слишком хорошо, чтобы быть правдой? Ну не может сказка длиться вечно…

Сулейман Керимов / Фото: © РИА Новости/Саид Царнаев

— Порой возникало ощущение какой-то нереальности: неужели это происходит здесь, сейчас и с тобой? Но к хорошему и доброму быстро привыкаешь, понимаете ли.

— Бриллиантово-шоколадный «Анжи» — безусловное добро?

— Такие проекты не могут оставить людей в равнодушии. Безотносительно к экономике вопроса — народу Дагестана было подарено столько положительных эмоций, столько радости, что деньгами эти объемы счастья никак не измерить.

— На очень коротком отрезке.

— К огромному сожалению. И все равно: причастность к чему-то большому и светлому сохраняется до сих пор. «Анжи» был в центре Вселенной, клуб творил историю, а это в любом случае удел избранных.

— Гуса Иваныча Хиддинка все у нас любят. Некоторые даже боготворят. А есть мнение, что мужик он и правда замечательный, выдающийся коммуникатор, а тренер — так себе. Сибарит, добряк, шутник, не напрягает никого, потягивает с утра до вечера свой капучино, а работу за него делает, например, Андрей Гордеев.

Гус Хиддинк / Фото: © РИА Новости / Антон Денисов

— Нет-нет, тут нужно понимать одну важную вещь: Хиддинк — тренер вполне определенной, совершенно конкретной школы, носитель ее естественных ценностей. Он, безусловно, сильный специалист. Мне очень нравилась его философия. «Есть то, что происходит на футбольном поле, — говорил Хиддинк. — И мы на эти процессы можем и должны влиять. А на то, что случается за пределами поля, мы имеем гораздо меньшее влияние. Однако две эти реальности постоянно пересекаются, поэтому умение грамотно их совместить, использовать в своих целях — и есть искусство, мастерство тренера». Вот так.

Хиддинк очень тонко понимал игру, но еще лучше он понимал людей. Вот здесь равных ему действительно немного. Могу своим примером проиллюстрировать. У меня обострилась проблема с тазобедренным суставом, еле передвигался уже, до поля не мог дойти. Гус как-то подзывает: «Андрей, ты почему все еще тут, тебе все предписания по лечению выданы!» Я говорю: «Мистер, это же полгода. Кто меня здесь держать будет?» — «Пока я в клубе, ни о чем плохом не думай, езжай лечиться».

На фоне такого отношения, даже если ты видел какие-то недочеты, недостатки в работе — они не значили почти ничего. Хиддинк многим людям дарил новые надежды, и они начинали смотреть на жизнь немножко другими глазами…

Читайте также: