Футбол

«В самолете летели ребята с пистолетами. Было страшно». Чемпион Евро-2004 рассказал, как попал в «Динамо» вместо «Реала» (и не жалеет)

«В самолете летели ребята с пистолетами. Было страшно». Чемпион Евро-2004 рассказал, как попал в «Динамо» вместо «Реала» (и не жалеет)
Юркас Сейтаридис и Криштиану Роналду / Фото: © Christian Liewig - Corbis / Contributor / Corbis Sport / Gettyimages.ru
Очень много историй от Юркаса Сейтаридиса. Первое интервью за 13 лет после переезда из России.
  • Этим летом исполнилось 15 лет после триумфа на Евро-2004. Греки не забыли героев? (Один из них избрался в Европарламент)
  • Ты подписал контракт с «Порту» в отеле во время Евро. Через 5 дней приезжает представитель «Реала» с готовым контрактом. Что делать?
  • Правда, что старший тренер ЦСКА Сергей Овчинников и главный тренер «Вулверхэмптона» Нуну Санту дрались на тренировке «Динамо» 14 лет назад?
  • В «Динамо» было три группировки — португальцы (и грек), африканцы и русскоговорящие. Сейтаридис говорит, что это нормально, и подробно объясняет.
  • Юркас был в шоке от работоспособности Алины Кабаевой. Говорит, тренировалась по 10-12 часов в день.
  • «В перерыве доктор поджигал вату, пропитанную каким-то раствором, затем подносил к ногам игроков. Сначала я недоумевал, а потом понял — зачем это нужно». Топовый рассказ о футбольной и обычной России начала 2000-х глазами иностранца.
  • 15 лет назад в основе «Динамо» вышло 11 легионеров. Сейтаридис в их числе. Вскоре Виталий Мутко ввел в России лимит на легионеров. Что об этом думает грек? (Поддерживает!)
  • Впечатление после интервью: Сейтаридис великолепен

— Видел у вас в инстаграме много фотографий на мотоцикле. Вы теперь мотогонщик? 

— Впервые попробовал после завершения карьеры. Раньше не мог по контракту. Вообще не представлял, каково это. Но мой бизнес расположен в центре Афин, и на машине сюда добираться невозможно, поэтому купил небольшой мотоцикл. Затем начал брать уроки с профессиональным гонщиком, часто выезжал на природу, начал ездить на байке по другим странам и тогда влюбился окончательно. Это крутой опыт, отличное хобби.

https://www.instagram.com/p/B0g3RSmIJ7C/ https://www.instagram.com/p/B1CELxyIS7F/

— Соревноваться не тянет?

— Как-то участвовал в заезде среди любителей в Италии, но я катаюсь не для того, чтобы стать профессионалом и зарабатывать. Мне 38 — уже староват, чтобы делать карьеру гонщика, да и опасно это. Если бы было 25, то возможно, но не сейчас.

— Потрясающие фотки из Монголии. 

https://www.instagram.com/p/B0QpwDLIqNb/ https://www.instagram.com/p/B0Ov3I-oiul/ https://www.instagram.com/p/B0ak6s0IWU6/

— У меня есть друзья, которые постоянно путешествуют на байке. Мы подали заявку на участие в заезде по бездорожью Монголии. Маршрут занимает 7 дней. Это очень сложно, условия — почти экстремальные, но безумно интересно. Фантастический опыт, экзотика. Огромная страна, в которой живет совсем немного людей. Мы могли ехать часами в одиночестве и не встретить ни души. При этом монголы, которые попадались, были очень добры и вежливы — много улыбались.

— Опасно ездить по Монголии? 

— Когда ты едешь по бездорожью, то вопрос не стоит — упадешь или нет. Когда ты упадешь? Вот это правильная постановка. Мы падали постоянно, некоторые ребята — в реку, их мы преодолевали на мотоциклах (мостов нет). Кстати, парень из Таиланда уснул за мотоциклом. Серьезно. Есть длинные участки равнины, ты расслабляешься и засыпаешь. Он не пострадал, но байк уничтожен. Постоянно попадались дикие животные — орлы, верблюды и другие. Мы спали в юртах — традиционных жилищах местных — не всегда там была горячая вода и электричество. В общем, большое приключение.

— Фото с русским словарем — это к поездке?

https://www.instagram.com/p/BrQJQB8FU2f/

— Нет, я учу русский язык, год назад получил свой первый сертификат. Объясню, почему. Когда я играл в «Динамо», то у меня были уроки с преподавателем из университета. Я здорово продвинулся — мог говорить и писать на неплохом уровне. Но когда уехал из Москвы, то потерял возможность практиковать язык и забыл его. В прошлом году подумал, что плохо забывать язык, на котором говорил раньше, поэтому решил возобновить уроки уже здесь, в Афинах. Моего преподавателя зовут Зина, она из Сибири. Русский — сложный, но у наших языков похожий кириллический алфавит. Если окажусь в Москве, то смогу разговаривать на бытовом уровне.

Открыть видео

— Этим летом исполнилось 15 лет с победы Греции на Евро-2004. Собирались той командой?

— Да, мы организовали реконструкцию финала против Португалии. Сыграли почти теми же составами, что и тогда. Приезжал Отто Рехагель, он был на скамейке и руководил командой. Мы стали немного (смеется) медленнее, но вышло здорово. Люди были в восторге, потому что этот матч вернул их к чудесным воспоминаниям.

— Как дела у Отто Рехагеля?

— Все хорошо. Сейчас тренер живет в Германии вместе со своей женой, но мы созваниваемся. Два-три раза в год он приезжает в Грецию, часто бывал в этом ресторане [интервью записывалось в ресторане Сейтаридиса]. Он в отличной физической форме и прекрасно чувствует себя морально. 81 год, но ему не дашь.

— Его узнают?

— Все. Его знает каждый человек в Греции. Когда идешь с Отто по улице, то его постоянно останавливают: «Здравствуйте, Отто. Как дела? Давайте сфотографируемся?» Греки не забудут его. 

— Игроков тоже не забыли?

— Да, хотя нас стало сложнее узнать. Стали старше, у нас появились морщины и седина. Обычно это происходит так: «Слушай, я тебя знаю. У тебя знакомое лицо, я где-то тебя видел». Но, конечно, помнят и любят, потому что у людей связаны очень хорошие воспоминания с теми временами.

— Это помогло капитану сборной Теодоросу Загоракису избраться в Европарламент от Греции?

— Абсолютно точно. Он начал заниматься политикой сразу после Евро. 100 процентов, он построил карьеру на узнаваемости. Однако при этом он отличный парень, который стремится помогать людям.

Теодорос Загоракис / Фото: © ZUMAPRESS.com / Global Look Press

Вы не хотели в политику?

— А я тоже в ней с прошлого года. Победил на выборах вместе с командой нового мэра Афин Костаса Бакоянниса. Прошел в муниципалитет, с сентября буду работать заместителем в департаменте спорта и молодежной политики Афин.

— Чем вас заинтересовал этот путь?

— Очень интересный и необычный опыт. Думаю, что смогу принести пользу, потому что это мой сектор. Моя задача наладить условия для занятий массовым спортом — прежде всего, привести в порядок площадки.

— Какие проблемы есть в Афинах?

— Сейчас он стал опасным городом из-за криминала: воруют машины, обкрадывают людей. В центре города продают наркотики. Такого никогда не было. Город не такой чистый, как было раньше. Самое важное — вернуть жителям ощущение безопасности. Сейчас в центре города много районов, где после захода солнца гулять не следует. 5-6 лет назад такого не было.

— Это из-за экономического кризиса?

— Отчасти — да, но в том числе из-за того, что политики не делают свою работу так, как должны. Нам предстоит много всего сделать. Моя задача для начала — разобраться со стадионами, они не в лучшем состоянии. Ну и, естественно, найти способы привлечения большего числа людей к спорту.

— У вас есть амбиции?

— Сейчас — никаких. Костас Бакояннис [недавно избранный мэр] предложил мне стать частью его команды, заниматься вещами, которые я хорошо знаю. Что будет дальше — без понятия. Возможно, вернусь в футбол, возможно, продолжу развиваться в политике.

— Кстати, почему вы не работаете в футболе?

— Для начала я хотел взять пару лет передышки. Отдохнуть, отойти в сторону, а также инвестировать заработанное за карьеру. Сейчас думаю, что когда-нибудь вернусь. У меня есть тренерская лицензия категории UEFA B, но этого недостаточно. У нас с главным тренером «Краснодара» одна и та же проблема (смеется). На самом деле, я пока не рвусь. Слежу за футболом со стороны, но всерьез допускаю, что займусь этим, если поступит интересное предложение.

— Вы — политик, мотоциклист, у вас свой ресторан, вы учите русский и думаете вернуться в футбол. Что-то упустил?

— В общем, нет, но могу про бизнес немного добавить. Помимо ресторана занимаюсь недвижимостью — сдачей жилья и офисов в аренду. У меня есть несколько зданий в Афинах и двух других городах.

— До сих пор непонятно, как вы, защитник из символической сборной Евро-2004, оказались в «Динамо». Вам 24 года, вы в порядке. Какие клубы приходили с предложениями?

— Очень многие, причем еще до начала турнира. Я неплохо проявлял себя в «Панатинаикосе», мы ярко выступали в Лиге чемпионов, поэтому был на слуху. Во время турнира со мной связался мой агент Жорже Мендеш и предложил перейти в «Порту». Лично Жозе Моуринью хотел меня видеть, потому что Паулу Ферейра перешел в «Челси». «Порту» в тот момент был очень силен, выиграл Лигу чемпионов. Находясь в расположении сборной, я подписал контракт с португальской командой. Прямо в отеле. Однако этим же летом Моуринью ушел в «Челси». 

— Нормально было переезжать в Португалию после того, как ваша сборная обыграла их в финале? Там были рады греку?

— Вообще никаких проблем. В Португалии другой менталитет и отношение к этому — не такой, как в Греции, он более европейский, если можно так сказать. Помню, в финале я перехватил мяч, подключился по правому флангу, и Коштинья грубо меня срубил. Загоракис подбежал к нему, начал кричать, на что Коштинья ответил: «Не переживай, теперь он мой партнер по клубу. На следующей неделе мы станем друзьями». Уже после Коштинья объяснил мне, что это была его тактика: сыграл грубо против одного, чтобы напугать остальных. 

— Слухи об интересе «Реала» — неправда?

— Правда. Через 5 дней после подписания контракта с «Порту» в отель приехал представитель мадридского «Реала». Он открыл чемодан и достал готовый контракт. «Подписывай, Хосе Камачо [главный тренер] очень хочет тебя». Затем он набрал ему, мы поговорили. Диалог:

Я: Простите, никак не могу подписать контракт.

Камачо: Почему? Ты не хочешь играть за «Реал»?

Я: Конечно, хочу, это моя мечта. Но я уже подписал контракт с «Порту». Если вы найдете решение, то с удовольствием приеду.

Теоретически можно было разорвать контракт с «Порту», отбыть дисквалификацию несколько месяцев и затем начать играть за «Реал», но я не хотел так поступать. Дал обещание «Порту», это было бы некрасиво.

— Вы перешли в «Порту», отыграли там неплохой сезон. Как появилось «Динамо»?

— Манише и Коштинья подошли ко мне: «Слушай, мы собираемся в Россию. Поехали с нами». Я не ответил им — да или нет, я никогда не думал о таком повороте. Почти сразу после разговора узнал, что президент «Порту» уже продал меня в «Динамо», не спрашивая меня. Не могу сказать, что не хотел ехать в Москву, но меня поставили перед фактом. Причем сказали, что если откажусь, то клуб создаст мне проблемы: отправит во вторую команду или заставит тренироваться одного. Поговорил с владельцем «Динамо» Алексеем Федорычевым: «У нас очень амбициозный проект, будем строить большой клуб с новым стадионом».

— Его открыли в этом году.

— Да-да, я видел — отличный стадион. Тогда Федорычев говорил мне, что в «Динамо» будет похожий проект, что и у Абрамовича в «Челси». Все, что мне говорили и показывали, выглядело здорово. В общем, согласился быть частью проекта. Когда начал тренироваться, то понял, что ничего не развивается, а даже наоборот. В один момент в команде не хватало гетр для тренировок. Все было не так, как нам обещали. Ничего страшного, для меня это не стало главной проблемой.

Главная проблема — травма, которую я получил почти сразу. Холод и искусственные поля отправили меня лечиться надолго. В один момент осознал, что не могу бежать, мне потребовалось много времени на восстановление. Меня здорово встретили в Москве: фанаты, сотрудники клуба — все вокруг были очень добры ко мне, а я не мог дать взамен ничего, поскольку был травмирован. Это очень расстраивало. 

Дерлей и Коштинья / Фото: © ФК «Динамо»

— Тогда в «Динамо» купили очень много легионеров. Слышал, что игроки разделились на три лагеря: португальцы и вы, африканцы и русскоговорящие.

— Я не думаю, что это было в том смысле, который вкладывают журналисты. Да, разделение было, но это абсолютно естественно. Русские ребята вместе, потому что говорят на русском. Африканцы всегда держатся друг друга во всех командах — в этом точно нет ничего плохого. Лично у меня не было проблем ни с одним из партнеров по «Динамо». Главный барьер — язык. Хотел общаться, но поначалу стеснялся, не знал, как завести и поддержать разговор. Когда наступил прогресс с изучением русского, стало намного лучше. Например, я стал очень хорошим другом с Йованом Танасиевичем, мы до сих пор списываемся. 

— Общались только с ним?

— Нет, нет, когда продвинулся в знании языка, то говорил со многими ребятами. Рыжий, защитник — Точилин? Да, точно, Точилин. С Дмитрием Булыкиным общался много, потому что он говорил на английском. Хохлов, Семшов, молодые братья-близнецы… 

Дмитрий и Кирилл Комбаровы / Фото: © РИА Новости / Антон Денисов

— Комбаровы.

— Да, да. Сейчас я говорю не за Коштинью или Манише, говорю за Сейтаридиса: я не думаю, что принадлежал к группе португальцев или чьей-либо еще. Я просто больше общался с ними из-за того, что знал их язык, и мы были друзьями со времен «Порту». Я не отделялся от остальных партнеров, нет.

— Вы часто были свидетелем конфликтов в раздевалке?

— Послушайте, я могу говорить только о себе, не люблю говорить о других. Могу сказать, что в этом плане все было нормально, но вы можете мне не поверить. Серьезно: у меня были хорошие отношения с партнерами, вы можете спросить об этом у русских ребят. А за остальных, повторюсь, говорить не готов.

— Последнее по этой теме. Я слышал, что Нуну Санту [сейчас главный тренер «Вулверхэмптона»] подрался с Сергеем Овчинниковым. Вы видели это?

— Дрались? Возможно, был конфликт или стычка, но драка — вряд ли. Я не вижу ничего странного в том, чтобы покричать друг на друга. Такое случается в коллективе с людьми, которые мотивированны и борются за место в составе. По сути, психотерапия, способ выпустить пар. Плохо, когда доходит до разборок на кулаках, но просто обменяться ругательствами — ничего страшного. Естественная история. Однажды была драка на тренировке — да, но это не происходило на регулярной основе. В мире нет команды, в которой каждый дружил бы с каждым.

— Где вы жили?

— Возле тренировочного центра «Динамо».

— В Новогорске?

— Да, мне хватало одной минуты на машине, чтобы доехать до базы. Мне так удобнее, так же было и в «Порту». Помню, напротив был тренировочный центр хоккеистов. А еще рядом с нами тренировались гимнастки — помню Алину Кабаеву. Они тренировались по 10-12 часов — это шокировало. Мы выходили утром на тренировку — гимнастки тренировались, мы возвращались домой — они продолжали тренировку. Мы выходили на вечернюю тренировку — то же самое. Невероятно.

А еще у меня отложились в памяти особенности характера русских. Поначалу меня это удивляло. Девушки очень вежливы — улыбаются, здороваются, смеются, а русские мужчины — очень серьезные. Почему так? Говорю: «Доброе утро», а на меня смотрят серьезными глазами. Потом я понял, что это часть вашей ментальности. Сильные люди, но очень добрые. Выглядите холодно, но в душе — теплые и искренние. С вами нужно лишь немного сблизиться.

Еще меня поразил ваш трафик. Это джунгли, невероятно. Тот, у кого большая машина, — босс. Мне бросилось в глаза, что на дорогах — либо очень дорогие машины, либо очень дешевые. Машин среднего класса не было. Думаю, это отображало разницу в доходах населения.

Полиция! Помню, что они всегда останавливали только большие и дорогие машины. Всегда. У нас не было особых проблем. Однажды нас остановили, а у Нуну не было российских прав, только — португальские. Мы долго пытались объясниться, потому что не говорили с полицейским на одном языке. После этого позвонили одному из сотрудников клуба, он объяснил, в чем дело и нас отпустили. 

Еще мне запомнились авиаперелеты. Они были длинными, мне было страшно.

— Страшно?

— Ага, помню, с нами летали ребята с пистолетами — охранники. Это пугало, такого невозможно представить в Европе, потому что здесь запрещено проносить оружие на борт.

— У нас тоже запрещено.

— Думаю, это было связано с тем, что с нами летали очень влиятельные люди со своей охраной. Парни с пушками — люди президента или кого-то из КГБ (смеется).

— Самый необычный матч, который вы провели в России.

— Это было в Сибири. Пейзажи такие же, как в Монголии — пустота, много снега, несколько домов и два отеля. Мы играли на полностью белом поле, во время снегопада. Поле замерзло, это был очень странный опыт. Мало того, что я не играл до этого на снегу, так его еще и было слишком много. Мои волосы замерзли. В перерыве доктор поджигал вату, пропитанную каким-то раствором, и подносил к ногам игроков. Помогало согреться. Еще было очень непривычно, что перед игрой футболисты пили кофе или чай и ели шоколад. Думал: «Шоколад»? «Кофе?» «Перед игрой?» Но потом понял, зачем это было нужно. Согревало.

— Что за тренер Иво Вортманн? Когда наши медиа составляют списки худших тренеров в истории лиги, то он там часто встречается.

— Нормальный тренер и человек, но он не управлял коллективом и отношениями внутри него. В команде было около 30 футболистов, если не больше, поэтому было тяжело. Мы не были семьей, не были сильными вместе.

— Думаю, русские были недовольны тем, что иностранцы зарабатывали намного больше их.

— Возможно. Но это же не моя ошибка. Мне предложили, я приехал и делал все, что мог. Я не из тех, кто приехал, заработал и забыл. До сих общаюсь с русскими, уважаю всех партнеров по «Динамо», с которыми играл. Также очень уважаю вашу страну, которая давала хлеб мне и моей семье. 

Кстати, я помню другого тренера в «Динамо» — очень знаменитого, легенду.

— Романцева. 

— Нет, другого. Я видел его в инстаграме. Секунду (листает ленту). Кстати, Булыкин тоже занимается политикой?

— Сложно сказать. Скорее, оппозиционер. Его не пустили на выборы.

— Вау. Нашел тренера — Юрий Семин. Его все уважали. Правда, он даже не поговорил со мной. Просто вывел из состава. Думаю, он просто причислил меня к группе игроков, которые собирались тогда покидать команду. Не думаю, что это правильно, потому что все люди — разные, вовсе не все легионеры непременно хотели уехать. У меня не было никаких проблем ни с кем, поэтому тренер мог на меня рассчитывать.

https://www.instagram.com/p/BtqbkplBOLy/

У нас был с ним всего один диалог. Я спросил у него разрешения поехать на дополнительное обследование травмированной ноги. Он запретил.

— Почему?

— «У нас есть свои доктора здесь». Да, безусловно, но я хотел съездить к другому доктору за вторым мнением, он специализировался на повреждении ахилла. Один из лучших специалистов, но Семин все равно запретил. В общем, он не хотел со мной общаться, даже не здоровался. В этой ситуации я понял, что не нужен тренеру и клубу, хотя он даже не дал мне шанса высказаться.

Вообще у меня хорошие воспоминания у «Динамо», правда, нам всегда помогали. Президент [Алексей] Федорычев, генеральный директор [Юрий] Заварзин. Кстати, сначала Заварзин нас невзлюбил — он казался суровым и жестким. Но потом он открылся как очень честный и порядочный человек. Все были добры ко мне, но, к сожалению, я не смог дать в ответ то, что мог и должен был. 

Алексей Федорычев / Фото: © Alexei Belikov / Global Look Press

— Вы говорили, что переход в «Динамо» был ошибкой. Переезд в Москву убил вашу карьеру?

— Нет, я так не считаю. Все относительно. Ничего нельзя называть ошибкой, мы лишь делаем выбор. Как я могу говорить плохо о стране, клубе и владельце, который платил мне и моей семье? Это будет неуважительно.

Если думать в таком ключе, то можно сказать, что ошибка — подписание контракта с «Порту». Я мог подождать несколько дней, не спешить и подписать контракт с «Реалом». Но это не было ошибкой, ведь я принял решение. Выбор может быть плохим или хорошим, но он мой.

Опять же. Если бы я не получил травму в Москве и играл бы регулярно на своем уровне, то «Динамо» стало бы очень хорошим выбором для меня. Возможно, переход в «Динамо» притормозил мою карьеру, но ни в коем случае не убил. Ведь потом я ушел в «Атлетико». Послушайте, это очень важно: не «Динамо» помешало мне провести карьеру успешнее, а моя травма, из-за которой я пропустил 7-8 месяцев. Будь я в «Спартаке», «Челси» или «Барселоне» — неважно, с такой травмой карьера все равно пошла бы на спад. Это не вопрос выбора клуба, он не причем. Все дело в обстоятельствах.

— Вы слышали, что лимит на легионеров в России появился после того, как в «Динамо» Федорычева на поле одновременно вышло 11 иностранцев? Вы играли в том матче.

— Да, но его ввели уже после того, как я ушел. Это хорошее решение федерации. В Англии есть команды, которые играют без англичан, в Греции тоже остро стоит эта проблема. Это ужасно для всех. Когда в командах слишком много иностранцев, то местные ребята не получают шанса. Это плохо для имиджа лиги и национальной сборной. Уверен, федерация поступила правильно. 

Сегодня «Краснодар» принимает «Олимпиакос» в ответном матче плей-офф Лиги Европы. «Матч ТВ» и сайт покажут в прямом эфире. Начало — 21:20 (МСК).

Открыть видео

Читайте также:

Нет связи