«Шипулин пошел во власть не корысти ради. Хочет сделать что-то для народа». Интервью с Андреем Гербуловым

«Шипулин пошел во власть не корысти ради. Хочет сделать что-то для народа». Интервью с Андреем Гербуловым
Андрей Гербулов / Фото: © РИА Новости / Александр Вильф
«Матч ТВ» побеседовал с экс-старшим тренером сборной России по биатлону, отвечавшим в ней за стрельбу с 2001 по 2018 год (с перерывами).
  • как дела у биатлонистки Натальи Гербуловой?
  • можно ли прожить на зарплату детского тренера?
  • по одному тренеру на одного спортсмена — нормально?
  • учебник 1956 года для биатлона до сих пор хорош: так и должно быть?
  • смена марки лыж — заработок или рвение к успеху?
  • тренер обязан быть вне критики; серьезно?

Ответы на вопросы — в тексте ниже. Ну и куда же без Александра Тихонова — про него тоже есть.

— Через месяц стартует биатлонный сезон. Что это означает для вас?

— Участие во всероссийских соревнованиях среди юношей и девушек, — поясняет 59-летний специалист. — Работаю в Перми с перспективной молодежью, мечтаю поехать с ними на старты, отборы. В том году не получилось: гонялись на зональных соревнованиях. Теперь хочется на уровень выше.

— С Красноярском, где вы работали одно время, сейчас что-то связывает?

— Ушел три года назад, когда пригласили индивидуально работать с Шипулиным и Волковым. Дочь осталась, у нее контракт. На Универсиаде выступала, готовилась там со сборной.

Наталья Гербулова / Фото: © РИА Новости / Александр Вильф

— СДЮШОР «Летающий лыжник», указанная на сайте СБР в качестве места вашей работы, это что такое?

— Пермская школа, где я начинал и куда каждый раз возвращался. Изначально там было две секции: прыжки с трамплина и двоеборье. Потом открылись отделения лыж, биатлона, ориентирования. Большая городская школа.

— Биатлоном сколько детей занимается?

— 60-70. В старшей группе, которую я веду, 10-12 человек. Это те, кто уже перешел на мелкокалиберные винтовки.

— Таланты есть?

— В таком возрасте все таланты. Тренируем и перспективных, и не очень, будущее покажет.

— Дочкой как тренер занимаетесь?

— Только между сборами, когда домой приезжает. На недельку появится — съездим на две-три тренировки, постреляем. В основном Наталья в национальной команде или в Красноярске.

— На первую сборную в новом сезоне настраивается?

— Пока они работают все вместе. В отборочных стартах побегут на общих условиях, потом разделятся на команды для участия в Кубке мира и в Кубке IBU.

— Отбор — это то, что бывает в ноябре перед Эстерсундом?

— На тренерском совете говорилось, что первые отборочные старты пройдут в Тюмени, когда все вернутся со сборов в австрийском Рамзау. К середине ноября, думаю, уже будет относительная ясность.

— Дочка не попала в топ-10 личных гонок недавнего летнего чемпионата России и в топ-5 в эстафете. Напрягло?

— Почему? На тот момент не было серьезных контрольных тренировок, чтобы оценить состояние перед стартами. В целом ход показала неплохой и свой этап в эстафете прошла нормально. Напряжения нет, самочувствие хорошее, все идет по плану.

Андрей Гербулов / Фото: © РИА Новости / Алексей Филиппов

— 23 года, почти 24 — самый биатлонный возраст. Пора выходить в «топы», согласны?

— После победы на прошлогодней «Ижевской винтовке» дочка должна была ехать на Кубок мира. Но на семейном совете решили повременить. Все-таки еще не те она показывала результаты, чтобы бегать там на равных. В этом году Наталья функционально покрепче, отслеживал подготовку, знаю. И возраст намекает: пора.

— Чем могло навредить участие в Кубке мира?

— Был выбор — готовиться к Универсиаде, как предписывалось контрактом, или ехать в первую команду. В качестве главного старта сезона выбрали Красноярск-2019.

— Анфиса Резцова говорила как-то старшей дочери: «Расти, Даша, крепчай, иначе так и будешь по Универсиадам бегать».

— Есть такая точка зрения. Но к Кубку мира, считаю, спортсмен должен быть готов. Психологически неудача вышибает надолго. Нужно чувствовать, что способен пробежать хотя бы на уровне тридцатки. А бегать, не попадая в гонку преследования, минус, а не плюс. Было много таких, кто после одной гонки возвращался в Кубок IBU и больше не мелькал на высоком уровне. Этого нам с дочкой не хотелось бы.

— Ваш сын тренирует в Камчатском крае, так?

— Старший, Евгений. Уехал туда с Максимом Ихсановым, работают с апреля. Биатлон на Камчатке развивается неплохо: занимается много детей, нормальная инфраструктура. Сам там ни разу не был, но отзывы сына хорошие.

— Какое отношение сейчас имеете к СБР?

— Иногда общаюсь по вопросам, связанным с дочерью, других контактов нет. С Черезовым созваниваемся, он входит в правление СБР. Всё.

— Еще весной вы были членом тренерского совета. Теперь на сайте СБР ваш профайл не содержит никакой информации. Указано только место работы и дата последних изменений — 20 мая. Это значит, что из совета вас вывели?

— В тренерских советах по-прежнему участвую. Собираемся дважды в год — в декабре в Ижевске и на летнем чемпионате России. Обсуждаем, допустим, календарь, критерии отбора, правление потом утверждает. Там не персональное членство: регионы, занявшие по итогам сезона места с первое по шестое, присылают по два представителя, остальные по одному. Так было, по крайней мере. Может, в новом положении о тренерском совете что-то изменится. Я в единственном числе, получается, представляю Пермский край.

— Бывшего тренера сборной Владимира Аликина, живущего в вашем регионе, не приглашают?

— Двери ни для кого не закрыты. Трудится, допустим, в Пермском крае опытный Иннокентий Каринцев. Участвовать в тренерском совете он может, но голос от региона будет засчитан только один. Аликина уже давно не видел. Если он не работает в биатлоне, наверное, рассматривать его как участника тренерского совета нет смысла.

— После Ванкувера-2010 вы ушли из сборной по семейным обстоятельствам: нужно было помогать дочери и двум сыновьям. Практический вопрос — а жить на что?

— В «Летающем лыжнике» меня всегда ждут. Дочка тоже в этой школе воспитывалась. С работой проблем нет — было бы желание.

— Бытует мнение, что детский тренер — человек нищенствующий. Еще лет десять назад в футболе, например, встречались зарплаты по 5-7 тысяч рублей. В биатлоне не так?

— На жизнь хватает. Жена тоже тренер, стараемся поддерживать определенный достаток. Про зарплаты в 5-7 тысяч никогда не слышал, честно говоря. Откуда возьмутся олимпийские чемпионы, если их некому растить? Ответственность и требования высокие: проходим переподготовку, слушаем лекции, учимся на семинарах. Все-таки имеем прямое отношение к судьбам людей. Чтобы стать тренером высшей категории, нужно поработать очень серьезно — и практически, и теоретически.

— Сколько всего категорий?

— В нашей школе — вторая, первая, и с высшей один тренер.

— Кто — не спрашиваю. Платит вам краевой бюджет или федеральный?

— Школа городская — город и платит, наверное. Говорят, все школы хотят отдать в ведение минспорта, но за точность не поручусь.

— Когда были личным тренером Шипулина и Волкова, платило вам государство или спортсмены?

— Мы официально числились в Центре спортивной подготовки тренерами сборной страны. Естественно, получали зарплату оттуда. 

— На двух спортсменов было два тренера — вы и Андрей Крючков, отвечающий за функциональную подготовку, правильно?

— Иногда к спортсменам присоединялся Александр Огарков, выступавший за Санкт-Петербург. Хотел потренироваться с Шипулиным и Волковым, приезжал, мы не отказывали. А нам помогал Антон Щурбинов, совмещавший функции аналитика и массажиста. (Муж Екатерины Глазыриной. — «Матч ТВ»). Сейчас он в Красноярске старшим тренером. Но в основном два на два, да. Находясь в контакте со сборной и Рикко Гроссом, конечно.

— Вам есть что ответить людям, которые говорят: «Шипулин так хвалил Крючкова и Гербулова, но ничего с ними не выиграл»?

— Во всяком случае, оба стали чемпионами мира в эстафете в Хохфильцене-2017. Волков и Шипулин — половина золотой команды. Много у нас побед в мужских эстафетах было в последние годы? Антерсельва-2007, Эстерсунд-2008, Хохфильцен-2017. Плюс Олимпиада в Сочи. Черезов, Круглов, Ярошенко, Чудов, Бабиков, Цветков, Шипулин, Волков — вот все наши эстафетные чемпионы мира, начиная с 2001 года. Судите сами, достижение или нет. Те, кто воспитал спортсменов с подобными регалиями, вправе нас судить. Но не сказал бы, что в российском биатлоне таких много.

Алексей Волков / Фото: © РИА Новости / Александр Вильф

— Другой вопрос от тех же критиков: Волков действительно не мог составить Шипулину полноценной конкуренции на тренировках и поэтому не способствовал его прогрессу?

— Пусть люди, которые такое придумывают, сами и аргументируют. Могу сказать, что Волков никогда не подводил команду. Как один олимпийский чемпион может тянуть назад другого? Из действующих биатлонистов Волков самый заслуженный. Кто еще должен был составить Антону конкуренцию?

— Шипулин советовался с вами по поводу завершения карьеры?

— Много было у нас разговоров на эту тему. Антон думал, как сделать все правильно, чтобы никого не обидеть и самому выйти из ситуации на коне. Возраст не отменишь: в тридцать все спортсмены начинают задумываться о будущем.

— Некоторые в сорок олимпийскими чемпионами становятся.

— Единицы, уникумы.

— Политика — для Шипулина?

— Из общения с ним сделал вывод: в депутаты Антон пошел не корысти ради. Никакой личной выгоды он не преследует. Действительно хочет сделать что-то для народа, для страны. А дальше будем смотреть по делам.

— Шипулин выбирал между депутатством и тренерством?

— Тренером он изначально не хотел быть. В этом направлении даже не думал. Наездился за карьеру, семья, двое детей. Тяжело жить в прежнем цикле.

https://www.instagram.com/p/B2mO9HLilzD/

— Почему после сборной России вы не оказались в Казахстане, Молдавии, Корее или Болгарии?

— Предложений было много, но для себя решил: хватит, намотался. Младшему сыну 15, тоже тренируется, ему нужно отцовское внимание. Всем отказал.

— Есть коврижки, которые сейчас заставили бы вас уехать из дома?

— Не представляю, что должно произойти, чтобы я сорвался работать удаленно. Думаю, нет таких стимулов, ни моральных, ни материальных. Стабильности хочется, и годы уже не те. Пора дать дорогу молодым и дерзким.

— Следите за новшествами в стрелковой подготовке?

— Наблюдаю по репортажам за спортсменами, но оценивать и критиковать не готов. Дочке говорю, что считаю нужным, а стрельбу остальных пусть разбирают их тренеры.

— Спрашивал о другом. В вашем интервью matchtv.ru прозвучало: лучшим учебником для тренера по стрельбе вы считаете книгу Михаила Юрьева 1973 года. В этом смысле что-то меняется в мире?

— Есть издание и 56-го года, тоже полезное. Могу повторить — учебников лучше у нас нет. Мишень как была круглая, черная, так и осталась. Обновляются какие-то технические детали, скорость стрельбы, но не составляющие производства выстрела. Они прежние.

— Как относитесь к драконам, горгульям и прочему творчеству на ложах винтовок?

— Мое мнение: не должно быть утяжеляющих или затрудняющих стрельбу деталей, остальное на усмотрение спортсмена. Шипулин украсил оружие драконом, но рабочие характеристики винтовки остались оптимальными. Зато людям стало интереснее смотреть телерепортажи. Не должны быть все одинаковыми, что в жизни, что в спорте, правильно? Альбина Ахатова делает красивые ложи, молодец. В Италии, Словении есть такие мастера. Волков разработал трансформер из легких сплавов по собственным чертежам, добивался с этой винтовкой высоких результатов, кто-то в России уже использует его модель.

https://www.instagram.com/p/Bzsz28SAOoC/

— Волков планирует продолжать карьеру?

— На соревнованиях иногда встречаемся, знаю, что тренируется в Ханты-Мансийске. Будем следить.

— О причинах смерти Халвара Ханеволда в биатлонном мире что-то говорят?

— Знаю только то, что пишут в интернете. Халвар был большим спортсменом, бизнесменом, образованным человеком. Почему умер — загадка.

— В свое время вы выступили на стороне спортсменов в рекламном вопросе. Имеют они право навязывать условия федерации? 

— Тогда не было навязывания: спортсмены выдвинули свои предложения, потому что у многих появились личные спонсоры, а доходы не позволяли отказаться от дополнительного финансирования. И требования были минимальными: сохранить уже имеющиеся рекламные места.

— Ольга Зайцева при вас меняла лыжи Madshus на Rossignol?

— При мне.

— Скажите по прошествии времени, стоила овчинка выделки? Подписной бонус составил, говорят, 50 тысяч евро, но сезон вышел скомканным, все-таки продукция французского производителя достаточно специфична.

— Лыжи не совсем моя тема, но по опыту скажу: не угадаешь. У кого-то смена марки происходит гладко, у кого-то с проблемами. Спортсмен сам взвешивает риски. Если видит возможность улучшить результат — почему нет? Ольга, думаю, равнялась на лидеров, выступающих на Rossignol. У них получалось, она тоже решила попробовать. Дело было, скорей всего, в этом, а не в материальном вознаграждении. Пошла на эксперимент.

— Шесть лет назад Малышко выиграл три гонки на этапе в Оберхофе. Команду тогда тренировали вы и Николай Лопухов. Что случилось с Малышко позже, почему он стал бегать по тридцатым местам?

— Спортсмен не может держаться на таком уровне долгое время. Для этого надо быть Бьорндаленом или Фуркадом, а в России их нет. Да, у Димы был всплеск при нас с Лопуховым, и очень сильный. Громко заявил о себе, выступив в эстафете, все получалось. Но, может, где-то недобрал, не легла методика. Рано или поздно ко всем приходит регресс. Значит, надо терпеть и работать в два раза больше, чем до этого.

— Какие воспоминания остались от эпохи Михаила Прохорова? То руководство СБР многие обвиняли в дилетантстве, допинг тоже никуда не исчез. Хотя победы были.

— Прохоров особо не вникал в спортивную составляющую. Он набрал команду, которая всем занималась, и ничего плохого об этих людях сказать не могу. Для меня — золотое время российского биатлона. Мы не знали отказа ни в чем, сборная было полностью обеспечена, выполнялись любые просьбы, даже не самые очевидные. Если не смогли чего-то достичь, виноваты, наверное, мы, тренеры. Прохоров с командой ушел, реализовав определенную программу. Сделали, что могли, дальше неинтересно стало. В том, что результаты после них не особо растут, вряд ли есть их вина.

— С какого момента тянется ваш конфликт с Александром Тихоновым?

— У меня с ним конфликта нет, это он что-то раздувает. Мое мнение — тренер должен не слепо слушать руководство, а иметь и отстаивать свою точку зрения. Но многим не нравится слышать «нет». Думаю, и Александру Иванычу в один прекрасный день не понравилось, оттуда все и пошло. Делали свое дело, как считали правильным, какие конфликты? И как руководитель Тихонов обеспечивал команду на сто процентов, в этом к нему претензий нет. Иногда его заносило, пытался вмешиваться в тренерский процесс. Старались не допускать, вот и все. А из непослушания рождаются конфликты.

Александр Тихонов Фото: © РИА Новости / Владимир Песня

— Весной на тренерском совете вы обвинили Тихонова во лжи. Сгоряча или повторили бы сказанное снова?

— И сейчас уверен: многое из его слов — вранье. Другие не говорили, боялись или не хотели, не знаю. А я сказал: «Не было такого — врет Александр Иваныч». Встречных претензий он не предъявил, кого, мол, и как я обманул? Согласился, наверное.

— Заочно вам досталось потом.

— А что ему оставалось делать? Он при своем мнении, я при своем. Вообще, не очень хочу говорить об этом.

— Об этом — о’кей. Но вот слова Тихонова: «Гербулов подметал стрельбище в Перми, а потом вдруг стал тренером». Как вы начинали карьеру?

— А кто у Тихонова хороший тренер? Спросите, пусть назовет хоть одного. Не знаю таких, не слышал, всех обливает грязью. Этих разогнать, тех уволить, поголовно безграмотные. А кто у него грамотный? Не предлагает, не назначает. Агитировал за Драчева на выборах президента СБР, обещал какие-то полмиллиарда рублей. Все поверили, и что в итоге? Ни Тихонова, ни полмиллиарда.

— Сейчас Тихонов Драчева критикует.

— В том-то и дело, что он никого не хвалит. Его не выбрали — остальные плохие.

Владимир Драчев / Фото: © РИА Новости/Александр Натрускин

— По его словам, между вами в период совместной работы возникли материальные разногласия. Действительно недоплатил 50 тысяч долларов?

— Дело не в том, что недоплатил, а что не выполнил обещание. Водится за ним такое.

— Вопрос, с которого начали, пока без ответа: как вы стали тренером?

— Работал с Александром Голевым в юниорской команде. В 2001-м его назначили старшим тренером мужской сборной, позвал меня с собой.

— А до этого?

— Моя спортсменка попала на первенство мира по юниоркам. Там познакомился с Голевым, возник рабочий контакт, получил приглашение, проработали вместе три года. Видимо, понравилось мое отношение к спортсменам. Приятно, что из той нашей юниорской команды Черезов и Чудов доросли до первой сборной.

— В последние годы не раз доводилось слышать: «Мне не подходит методика Норицына». — «А мне Падина». Такое всегда было, или просто спортсмены разговорились?

— При нас такого не было. А если и было, решалось внутри команды на сборах. Конечно, у спортсменов может быть свое мнение. Но всегда надо исходить из того, не как хотят они или тренер, а как правильно. Убеждали, объясняли методику, чтобы потом не было разговоров: «Со мной работали неправильно».

— Разве доверие к тренеру формируется не результатами? Год-два тяжелой работы, спортсмен полностью выполняет программу и слышит: «Все будет отлично». А на деле сороковые места. Как не разувериться в человеке, который обещал небо в алмазах?

— Мне сложно примерить эту ситуацию на себя. Мы много работали, и какой-то результат в любом случае был, пусть и не у всех. Чемпионами мира всем стать не дано, но свои показатели люди улучшали.

Вообще считаю, что тренер национальной команды обязан быть вне критики. Спортсмены даже заикаться о ней не должны. Если кому-то не нравится тренер, этот человек просто не в команде, вот и всё. В сборную не назначают незнающих, неумелых, неавторитетных. Тренерам нужно доверять на сто процентов, не вижу другого пути.

— В футболе действительно сложно представить критику тренера со стороны игрока. Там за лайки в дубль отправляют.

— Вот видите. По большому счету причина неудач всегда в спортсмене. На трассу выходит он. Болеет, недовыполняет план или нарушает режим тоже он, иначе результаты точно были бы выше. Но виноват всегда тренер. Не совсем справедливо.

Андрей Гербулов и Антон Шипулин / Фото: © РИА Новости/ Алексей Филиппов

— Бывает, однако, что методика применена без учета нюансов. Или недостаточно индивидуализирована. Или вовсе ошибочна. Разве нет?

— В любом случае это решается между спортсменом и тренером. Есть врачи, готовые подтвердить или опровергнуть мнения сторон, руководители, помощники. И есть диалог, а не выплескивание своих обид в интернет. Не представляю, чтобы в ведущих европейских сборных действующий спортсмен публично критиковал действующего тренера. Никогда такого не слышал. Более того, там и тренеры не критикуют коллег. Есть негласный договор, на любом уровне. Потому и у нас, считаю, тренер должен быть вне публичной критики, которая лишь ухудшает ситуацию. Но у нас наоборот: начиная с ветеранов и вниз по вертикали — громкое недовольство. Очень нехороший момент. 

— Прочитал, что вы купались в океане после Олимпиады в Ванкувере. Но была зима!

— Что нам, сибирякам, ванкуверские зимы? Вода и воздух — 14-15 градусов. После морозов на трассе и стрельбище окунуться за счастье. Нашли относительно безлюдное место на заливе, поплавали — и назад в горы.

— Чего ждете от сборной России в предстоящем сезоне?

— Новых имен. Чтобы к Саше Логинову другие подтянулись, чтобы была дружная эстафетная команда, способная быть на первых ролях. И у девчонок так же. Стабильности хочется, а не отдельных всплесков. На летнем чемпионате России видел способных ребят. Все делают ровненько, если будут работать, результат придет.

— На этапы собираетесь?

— По телевизору смотреть намного приятнее. Тяжелый я стал на подъем. Поехать на сборы с ребятами — и то проблема.

— Рановато вы что-то. С Пихлера берите пример.

— Пихлер всю жизнь в Германии: открыл дверь, вот тебе и трасса. В Перми с этим чуть сложнее. 

Читайте также:

Нет связи